Ана

Во время очередной моей презентации познакомилась с профессором, кто одновременно оказался членом жюри, профессором физики (ну а что?), приятным человеком и русским.

Разговорились. Профессор из Питера. Жил сначала в Германии, занимался наукой. Потом в Австралии, теперь здесь. Ну и где лучше? В Австралии хорошо, в Новой Зеландии климат мягче, в Германии ты ну как сказать… человек второго сорта. 

А здесь? Здесь он обвёл рукой аудиторию: пакистанец и индиец, австрийка, испанка, китаец, американец, маори и русские мы. Так это иностранные студенты, половина разъедется по своим странам. Одно дело учиться (за свои денежки), другое жить, влиться в общество.

И тогда я вспомнила Ану. 

В библиотеке всегда много туристов, некоторые не говорят или плохо говорят по-английски. Пообщались с одной на пальцах. Зову Ану. Ана вышла - обнялись. Обнялись! Я думала знакомые. Нет, даже из разных стран. Ана испанка. Туристка из Чили. 

Я сама частенько помогаю русским бабушкам без английского, но вот обнять кого мне бы и в голову не пришло. 

К слову, посмотрела на днях японский фильм “Токийская повесть”. Родители приезжают навестить детей в город. Много лет не виделись. Заходят в дом, поклонились. “Как вы доехали, мама?” “Спасибо, хорошо.” “Устали наверное? Присаживайтесь, пожалуйста.” Никаких тебе объятий, ни-че-го. Япония такая Япония.  

Разные культуры в одной культуре. В одной стране. В одной библиотеке.

Я помню, как Ана учила меня прорежать книжные полки. Идёшь, выискиваешь книжки, что потеряли лоск, осматриваешь, проверяешь по каталогу. Rrrabish! All rrrabish! Корешок в одну корзину, пачка листов в другую. Возмущение и недоумение в моих глазах. Как же так, и это библиотекарь! 

Резкая, громкая. Жесты, движения. Непосредственная как все испанцы. Что в уме, то и на языке. Особенно с непривычки, особенно на фоне таких тихих осторожных библиотекарей-новозеландцев. И как она тут прижилась, работает.   

У Аны сильный акцент, ни с кем не спутаешь. Она замужем за киви. В Новой Зеландии лет 16. Столько же в библиотеке. Начинала с ассистента. Главный ассистент - библиотекарь. 

Месяц назад проводили на пенсию. Так-то она молодая и бодрая, сказала, что хочет путешествовать и проводить больше времени с внуком. Уже потом мне шепнули на ухо, у неё в Окленде 2 или 3 дома, лет 10 как могла бы не работать. Но работала. Благодаря этим проводам я её в общем-то и узнала. 

Вот это были проводы! Речи! Истории! Слёзы! Слёзы тихих осторожных библиотекарей-новозеландцев, с кем бок о бок работали не один год. Целая эпоха, как сказал кто-то.

Я человек впечатлительный. Много ли мне надо? Смотрела на Ану (и думала о Новой Зеландии) с восхищением. Одно дело приехать в другую страну (такую другую). Одно дело купить недвижимость, получить паспорт. Другое дело остаться собой (в чужой стране), и чтобы о тебе (в чужой стране) вот так говорили, плакали.  

За неделю

Диме исполнилось 31.

Нам 8.

Мы смотались в Кери-Кери и обратно. 

В Кери-Кери теплее, чем в Окленде, апельсины, термальные источники и живёт Вика. 

Водопады тоже.

И бычки.

Тихо так.

Первый дом первых европейцев.

Внутри дома. Надо было видеть глаза маленькой девочки, кто была с нами на экскурсии. Гид: "А вот детская..."

"Всё напоминает о тебе." Даже в отпуске. Большой брат (Alex Calder) наблюдает.

Вернулись, отработала 5 дней в библиотеке, ругаю себя, что не пишу, некогда. Обещаю со следующей (каждой) недели. 

Писать диссертацию сложно. Кто знает, тот знает, кто не знает, уж вы мне поверьте. Постоянное бесконечное усилие над собой. Особенно сложно, когда научный руководитель в командировке по два месяца, и ты сам с собой собой руководишь. Когда расплывчатые дедлайны и непреходящее чувство вины. А часики тикают.

Симона де Бовуар плохого не посоветует!

Тем временем в библиотеке. Мне так нравятся мои коллеги! Большинство моих коллег. Художники, музыканты, писатели. В пешей доступности, рукой подать. И тут я со своими бесконечными/серьёзными/любыми вопросами и разговорами. И они очень серьёзно мне отвечают. Ни того ли всегда хотела.  

Каждый сходит с ума по-своему

Например я. Записалась на все, какие были, конференции и презентации в универе в текущем семестре. 

Одна из причин, почему полтора года назад я так ухватилась за PhD, что с тех пор приносит мне столько переживаний и тревог (радостей конечно тоже) (и это ещё цветочки) было и есть желание выступать. Выступать это конечно громко сказано, вернее будет: научиться выступать, формулировать мысли вслух, говорить на публику, без листочка и чтобы коленки не дрожали.

Что тут скрывать, на сцену меня тянет с детства. Жаль нет ни голоса, ни слуха, ни пластики, ни актёрских способностей. Из разряда: тот, кто умеет писать стихи, становится поэтом, кто не умеет рифмовать - прозаиком, кто не умеет ни того, ни другого - критиком. 

Однажды в пятом классе я отвела целый школьный концерт. Есть такая сказка про цветик-семицветик, где лети лети лепесток, так вот я была той самой девочкой, кто ходила по сцене, рассуждая чем бы заняться, отрывала лепесток и загадывала песенку, танец и другие номера. После концерта целый час проревела у себя в комнате. Я всё напутала, всё совсем не так сказала, фамилии исковеркала, они смеялись надо мной! Смеялись или нет, но тогда меня вместе с двумя другими ребятами отобрали на городской концерт. Вот радости-то было. 

Восемнадцать лет спустя (какой кошмар!) (это две недели назад) я выступила на 3 Minutes Thesis Competition. Три минуты и один слайд чтобы донести до публики суть своей научной работы. В финал не прошла, но жюри хвалили: голос, жесты, структуру презентации. Здесь можно посмотреть выступление коллеги, кого из двенадцати наших участников отобрали в финал. Кстати, с моей кафедры и тема из одной оперы - новозеландский театр. Ну я почти так же хорошо выступила. На видео меня к сожалению никто не снимал, так что верьте на слово ☺

Между делом состряпала постер тоже, и не спрашивайте зачем мне это надо. Всем на обозрение, себе в радость! Тут с фотографией.

Ну и наконец сегодня выступила уже в более традиционном формате. 10 минут, в конце вопросы. Сколько я убила времени на подготовку, это караул. Зато без листочка и коленки не дрожали. Без лишней скромности, я думаю, что довольна собой, есть над чем работать, но (бог даст) есть время работать. 

А ещё больше довольна, что меня пришли поддержать Карел с библиотеки, соседка по офису Сприн, Геил и Андреа, с кем училась в магистратуре, и Дима конечно. Я никого специально не просила и не приглашала, понимаю, какие все занятые, тем более в будний день. Но сами спросили и пришли. И Дима цветы подарил, уже вечером.  

Кстати да, Геил 70 лет, после презентации она угостила меня кофе и рассказала все-все сплетни про новозеландских авторов, о ком пишу. Она почти всех лично знает и помнит.

Только не подумайте (лишь бы самой не подумать), что это конец. Продолжение уже в понедельник, мой первый семинар на кафедре. В конце октября конференция. Навык мастера ставит. Страшно, а что делать. Разве не сама этого хотела. Да не так уж и страшно. 

Кeмбел

Сегодня Кeмбел сообщил по секрету (и я конечно сразу в блог), что увольняется, что работает до февраля. Кeмбел, кто проработал в библиотеке 9 лет! Кто пересмотрел все фильмы в нашей коллекции (триста за последние три месяца), отписываясь о каждом ручкой в блокнот. 

С кем так приятно разговаривать на серьёзные темы, и дурачиться на несерьёзные. Кто не пьёт кофе и чай и алкоголь совсем. Кто ходит на работу пешком в шортах и наушниках в дождь и холод, а идти с час точно. Потому что ходить пешком хорошо, транспорт дорогой и деньги нужны на краски, материалы и другие важные вещи. 

9 лет ассистентом библиотекаря. Где твои амбиции, мальчик? Вон они все выросли, кто во что и куда. У друзей дети в школу пошли, друзья женятся, разводятся, зарабатывают, вкладывают, тратят, меняют профессии, путешествуют. 

Пока ты один, работаешь в библиотеке, сходишься и расходишься с подругой, которая не пара, смотришь и пересматриваешь фильмы, с музыкой в наушниках, не спишь по ночам, отказываешься от снотворного (принципиально), ходишь в старых кроссовках, с мешками под глазами, лысеешь (прости Кeмбел!) и что-то там пишешь, рисуешь, снимаешь, скоблишь в своей мастерской. 

Кeмбел работает до февраля, потому что выиграл стипендию (единственный в стране) и уезжает в другой город, где будет жить и работать в мастерской при университете, что покроет все его расходы.

Арап Корир К. Мосоник

Кения, Россия и Новая Зеландия рядом не стояли. А вот и стояли!

Кения

Каждый год у нас в библиотеке организовывают распродажу старых книг. По доллару за книжку. Народ реально набивает сумки, чемоданы, зря говорят, читать не модно. Много бульварной литературы, но есть и очень ценные редкие книжки, в хорошем состоянии. Ну например, урвала себе сборник стихов Бродского и Петрушевскую на русском! Пару новозеландских книг и дисков. Шекспир, Маркес и Зюскинд тоже на русском. Пока не наткнулась на тонкую книжку в твёрдом переплёте "Распятый дьявол" Нгуги Ва Тхионго, соцреализм о борьбе классов в Кении.

Вот с такой надписью:

Как попала в Новую Зеландию? 

Версия номер один: 6 лет спустя, 1991 год, распад “прогрессивной” страны СССР (не ведали, не знали), Моисей Исаакович сматывает удочки в Новую Зеландию. 

Но нет. Как показал гугл, доктор исторических наук Моисей Исаакович Брагинский до распада советского союза не дожил, умер в 1986 в свои 75. Может быть дети или внуки привезли книжку с собой.

В том же 1986 в Институте Африки АН СССР (незадолго до или сразу после смерти научного руководителя?) арап Корир К. Мосоник  защищает кандидатскую диссертацию на тему "Рабочий класс и рабочее движение в колониальной Кении”.

Институт Африки РАН, Москва, улица Спиридоновка 30/1

Возвращается в Кению, где работает в университете Эгертона в городе Ниоро. А также комиссаром комиссии по созданию конституции Кении. 

Университет Эгертона, г. Ниоро, Кения

Студенты Мосоника?

История (гугла) умалчивает подробности, известно лишь, что в октябре 2009 года доктор исторических наук Корир К. Мосоник, декан исторического факультета университета Эгертона, “редкий историк”, “легендарный историк”, “последний из интеллигентов” умирает. Дочь Лудия Мосоник. Студенты в том числе вспоминают, как рассказывал истории про Россию. И что свободно владел русским, о чём вряд ли могут судить наверняка, но мы-то можем. Почерк красивый. 

Вот такая история "из книжки" основанная на реальных событиях. 

Амбиции

Хорошо бы измениться. Но самое худшее во мне то, что я ужасно ленива. Потом нелады с совестью. Карл Хенрик ругает меня за недостаток самолюбия. Он говорит, что я подобна сомнамбуле. Думаю, это несправедливо. В моей группе я была лучшей на экзаменах. Но он вероятно имеет в виду что-то другое… 

Знаешь, у меня есть мечта. При больнице, где я училась, есть дом для престарелых, там живут пожилые медицинские сёстры. Те, кто всю жизнь проработали медицинскими сёстрами и ничего другого не знали. Они носили только форменную одежду. А теперь живут там в крохотных комнатушках и умирают вблизи своей больницы. Верить во что-то так сильно, чтобы посвятить этому всю жизнь. (Из фильма “Персона” Ингмара Бергмана)

Ксюша (пусть будет Ксюша) 13 лет в Новой Зеландии. Здесь она получила водительские права, подучила язык, родила и воспитывает дочку, устроилась на работу в библиотеку раскладывать книжки. Её муж учёный, когда они познакомились, он заканчивал аспирантуру в Европе, она университет в родном городе, переехали сюда. 

Ну я так думаю, многие пожелали бы себе мужа как у Ксюши. Русский интеллигент. Здравый, рассудительный, увлечённый, справедливый, ногами на земле. Алексей Каренин из Анны Карениной. Сумел реализоваться за границей. 

С другой стороны, это как посмотреть, кому с кем больше повезло. Ксюша женственная домашняя, рассудительная тоже. Она много читает, рисует, делает красивых кукол. В их доме уютно и много книг. У мужа своя мастерская. У дочки своя комната. Со стороны у Ксюши замечательная семья. Они на самом деле замечательная семья.

- Ксюша, ещё лет 8 и дочка вырастет, уйдет из дома, муж продолжит заниматься любимым делом, чем займёшься ты?

- Я не знаю, я думаю об этом. У меня много мыслей, но ничего определённого.

- Ты не хотела бы пойти учиться, получить профессию?

- Хотела бы, но не знаю куда. В России заканчивала технический вуз, как сказали родители. Совсем не моё.

- Дизайнером? Ты красиво рисуешь, у тебя есть вкус.

- Может быть, но не могу, пока дочь маленькая. Хотелось бы дать ей больше, ей нужно моё внимание, особенно сейчас.

- Но она ходит в школу, и ты бы ходила.

- У меня свекровь болеет, я и так почти не помогаю, не остаётся времени. Значит на учёбу у меня время будет, а на свекровь нет. Я так не могу.

- Ксюша, ты не завидуешь мужу? Его интересной работе, профессиональной реализованности?

- Завидую. Иногда я думаю, что рядом с ним должна быть другая женщина, такая же учёная как и он. А что я?

Restricted

Внимание, сейчас я буду писать о том, о чём, кажется, ни разу здесь не писала. Не писала, но вдруг подумала, почему бы не написать. Между нами девочками (что конечно не обязательно). В конце концов, не в викторианской эпохе живём, и кого сейчас этим удивишь, когда в интернете, и в телевизоре... Всё правильно, о сексе!  

Вот такая полочка у нас в библиотеке

С чего я вообще решила об этом публично писать, то же мне секс-блогер! Даже не так: с чего я вообще об этом думаю, вместо того чтобы конспектировать очередную (десятую) статью про маори. Да потому что пока я конспектировала (ну да, с открытым фейсбуком) написал Кэмбел, потом Лиза, потом Саймон. Слово за слово, лишь бы не работать. 

Чем Саймон занимается, читает (вот за что люблю библиотекарей), какую книгу и о чём, о молодой паре и их первой брачной ночи, как оба страшно нервничают, не знают, как себя вести, и всё как-то глупо и неуклюже и неправильно, потому что в первый раз, и ты не знаешь, жалеть их или раздражаться или смеяться. События первой половины 20го века. Британское лицемерие, английское ханжество, заключает Саймон. Ну да, да, заключаю я. И сейчас та же фигня, не успокаивается Саймон, видно, сцена сильно его зацепила, в интернете все раскрепощённые, без комплексов, а в жизни (ну то есть сексе) одни неврозы и стеснения, и не знаешь жалеть, раздражаться или смеяться. 

Ну тут я тоже начала вспоминать сцены из супружеской жизни. Как неисправимый филолог, сначала книжки: Лоуренса, Миллера, Бергмана, Вуди Алена, да кто только не писал и не снимал про секс, и не новые все эти размышления и замечания, это понятно. А потом я вспомнила девочку, свою одногруппницу из Самары, кто давным давно на нашем первом или втором курсе сказала мне (а я всё помню), что хочет замуж и хочет ребёнка, но как бы хотела опустить момент с сексом, вот если бы совсем без секса, но с мужем и ребёнком. Ну я-то замуж никогда сильно не хотела, а уж ребёнка (на первом или втором курсе!) совсем не хотела. И такими странными мне тогда показались её слова, что вот пожалуйста до сих пор помню. 

В тренажерный зал (с бассейном) я (нерегулярно) хожу уже больше трёх лет, до этого не ходила, и как-то слабо себе представляла общественные раздевалки, ну там где совсем догола при всех раздеваются. Не все конечно при всех раздеваются, кто-то прячется по кабинкам, кто в купальнике, кто как. Но есть девушки и женщины и бабушки (возраст и комплекция не имеют значения), дефилирующие голышом, вот прям в чём мать родила. И в бассейн голышом, и в сауну. Я (сама невинность) сперва смутилась. А потом начала рассуждать над своим смущением. Ну ведь женская же раздевалка. Ну и что незнакомые. Что я стесняюсь своего тела? И чего собственно стесняться? 

Я пообещала себе попробовать. Глупость конечно, вот интересно, кому-нибудь ещё приходило в голову? Ради любопытства, на спор с самой собой, а мне слабо? Раздеться на публике! Не перед мужем/врачом/котом (да да, знаю, простая женская раздевалка, и причём здесь вообще секс). Сейчас конечно смешно вспоминать. Сейчас я дефилирую в чём мать родила и в бассейн, и в сауну, и мне не стыдно, если на меня смотрят, мне (о, ужас) приятно! Я бы и нудистский пляж попробовала, ой да я бы много чего попробовала. Ну чтобы никто не подумал, я как все, тоже бы где прибавила, где убавила, у кого оно (тело) идеальное? Не у меня. Тем не менее. С возрастом (и вот такими безобидными экспериментами) люблю его больше, и знаю лучше. А как у вас?  

Courtesy of Nick Fedaeff