Раздвоение личности

Я тут вот о чём задумалась. Уж не раздвоение ли у меня личности на фоне иммиграции. Читаю и пишу про национальный русский характер и не могу не дивиться, насколько про меня и какая я русская, хоть в музей выставляй в качестве экспоната. Ну вот хотя бы это:

Whatever is done is for the better - these words are the quintessence of the typical Russian optimistic fatalism coexisting with passivity and non-interference with life that goes on as if 'all by itself', while people think, 'All I can do is hope' or 'Let's hope for some luck'. (Russian Mentality: Uncertainty and Fatalism)

Не знаю, кто как меня видит со стороны, но сама себя слишком часто и к сожалению вижу именно так. К сожалению, потому что чем дольше живу в новой стране, чем больше встречаю людей, на которых хотелось бы равняться, тем ближе кажутся ценности западного человека, тем больше хотелось бы походить на западную женщину, селф мейд вуман. Хотелось бы да что-то никак. Недостаточно активная, решительная, самостоятельная и много прочих недо-. Я уже почти привыкла думать, что дело в лени. Но наверное не только в лени.

Муж спрашивает, не хочется ли мне изменений, не засиделись ли мы на одном месте. Что если сменить обстановку, работу, город, страну? А мне не хочется менять, никогда не хотелось ничего менять. Засиделась - это не про меня, не мой страх и не моя фобия. Никогда и ниоткуда я не уезжала сама, по своей собственной воле, всегда за кем-то, за компанию.

She had never thought of her will (though she knew she had one) as 'free'. Decisions of that kind were not 'choices'. They were just events, happenings. They were what you found yourself doing, in the circumstances, being the person you were. If you had been another person you might have done different, but you were not. (CK Stead. Mansfield)

Стюард, мой ученик-отличник (кто, как оказалось, вовсе мне не ровесник, но старше на десятилетие – чтоб я так выглядела!), дочитал "Доктора Живаго", которого я читала давно, ещё в школе, так что смешались сюжетные линии и персонажи. Что осталось и запомнилось, это невероятная выпиющая пассивность и безынициативность главного героя, всю свою жизнь плывущего по течению, за которыми, как потом выяснилось на уроках литературы, жизненная философия и мировоззрение. И тогда и сейчас я подумала, как это по-русски. А Стюард вдруг говорит, и по-новозеландски тоже, и новозеландцы тоже такие.  

Джеф

Джеф – начальник наших начальников и самый большой наш начальник. Наши начальники отвечают за образование, Джеф отвечает за бизнес, на том держится мир. Джеф спокойный как танк и большой как танк, всегда вежливый и приветливый, наполовину киви, наполовину маори, знает японский язык, а в голове у него калькулятор. Всего моего воображения не хватит, чтобы хотя бы представить Джефа взволнованным, недовольным, спорящим, не соглашающимся. Нет, Джеф из тех, кто будет до последнего молчать, слушать и улыбаться, а потом поднимет руку, чтобы все в один момент затихли, и продолжая улыбаться, очень спокойно, но так чтобы было слышно даже на самом дальнем конце стола, скажет последнее слово, не подлежащее дальнейшему обсуждению, и на этом все разойдутся, довольные или недовольные.

Это как я вижу Джефа сейчас после года работы. А в самом начале, когда только устроилась, перепутала его с охранником. Потому что была без очков и не со всеми ещё знакома, и коллектив наш в основном женский, а если наткнёшься вдруг на мужчину, то он либо мой муж, либо сантехник, либо охранник. Вот я и подумала, что охранник, зашёл на кухню, встал скромно, ждёт очереди налить себе кофе, который я наливаю себе. Постояли, помолчали, покашляли. Потом он спросил, как меня зовут, а я спросила, как его, а он спросил, где я работаю, я сказала, что помогаю Дмитрию, и знает ли он Дмитрия, сказал, да, знает, а где сам он работает, странно, я его раньше не встречала, согласился, странно, он тут недалеко работает при университете, спросил откуда я и как давно здесь, и я рассказала ему свою жизнь, а он рассказал про сестру, дочерей и японский, и что сам маори, и я подумала, как странно, что охранник знает японский и какие в Новой Зеландии приличные люди, даже охранники.

Трэйси

Почему мне вдруг захотелось написать про Трэйси, ничего вроде в ней такого особенного, Трэйси как Трэйси, сидит за соседним столом, маленькая худенькая, тише воды ниже травы, вот уже полгода как сидит, а ещё через полгода уедет домой в Китай, по которому так скучает. И вот тогда мы оба обязательно начнём скучать по ней, и будет не хватать её улыбки с такими белыми ровными зубками, и тихого голоса со смешным акцентом, и всех её разговоров про китайскую кухню, косметику, одежду и о том, какой хороший и красивый её Китай.

И всё-таки Трэйси следовало идти не в учителя, а открывать свой ресторан, как сильно она любит еду и как бесконечно долго может о ней говорить, и как много у неё в телефоне фотографий, а в голове рецептов всяких разныx китайских блюд. А однажды она вдруг принесла на работу муку и прямо на рабочей кухне замесила тесто и усадила меня лепить с ней рисовые шарики – сидели и лепили в рабочее время, и пусть весь мир подождёт.

А ещё раньше, когда Трэйси только приехала, мы вызвались показать ей центр города, гуляли, ели мороженое, и она переводила нам всякие китайские вывески и надписи (как же их оказывается много, куда не посмотри), пока вдруг не наткнулись на людей с плакатами, которые Трэйси переводить отказалась, но и без перевода по картинкам было ясно – группа китайских активистов собирала подписи против бизнеса по трансплантации органов в Китае (а вы про такое слышали?) Я спросила Трэйси, неужели правда. Трэйси сказала нет, не правда, ни о чем таком она не слышала и кто эти люди и почему они это делают не понимает, и долго ещё потом на нас дулась, зачем это мы подписали.

А ещё Трэйси рассказала, что марксизм и ленинизм - обязательный предмет в китайской школе, и что вместе с ней в одном классе училось 50 человек, и всё равно во время урока было очень тихо, потому что дети вялые и усталые, ведь школьный день с восьми утра до пяти вечера, и что в Китае официально разрешено иметь только одного ребёнка, но она всё равно хочет двоих. 

Кем я буду когда вырасту

Наверное со стороны, близкой или далёкой, заметно или не заметно, но одна из моих первозадач на сегодня определиться со своей дальнейшей профессиональной деятельностью. Да что сегодня, давно уже стоит такая задача, стоит и никуда не уходит и сдвигает на второй план многое другое, не менее важное. И вот я подумала, почему бы не порассуждать об этом вслух, может кто чего посоветует, может со стороны виднее, да хоть просто высказаться уже пол дела.

А высказаться мне хочется о трёх типах деятельности, в которых на сегодняшнем своём этапе себя пробую. Примеряю, оцениваю, думаю, куда и как дальше.

Про административную работу и своё к ней отношение я уже писала. Не моя чашка чая, как говорят. Более того, в перспективе не вижу себя и на более ответственных высоких должностях. Нет задатков начальника, руководителя, нет практического мышления что ли. Муж устал уже исправлять за мной ошибки повторять, как же высоко я лечу. Действительно лечу, как воздушный змей по ветру. Где уж там руководить другими людьми, ставить и решать задачи, как лучше и правильнее для целого коллектива.  

При этом я люблю людей, правда люблю, люблю задавать вопросы и слушать, люблю когда меня спрашивают, люблю спорить и не соглашаться, наблюдать, оценивать, помогать, и наверное поэтому мне так понравилось преподавать. Особенно сейчас, когда выбрала свой темп и определилась с типом заданий, узнала получше обоих своих учеников, сама перестала бояться и стесняться. Вот честно, на занятие как на праздник, и само занятие - лечебная процедура, отвлекаюсь от переживаний и забот, напитываюсь их энергией и позитивом. Ну здесь конечно стоит отдать должное самим ученикам - взрослые, молодые, умные, со свежими мозгами и хорошей памятью, ясное дело, с такими водиться одно удовольствие. Не знаю, справилась бы со школьниками, с большим классом, трудными детьми, в принципе детьми. Не знаю, стоит ли пробовать и что-то для этого делать.

Наконец третье – моя научная работа, моя головная боль и радость. Тут хочется написать очень много, чего постараюсь не делать. Просто скажу, что сложно. Очень сложно. Сложно концентрироваться, сложно погружаться в текст и там оставаться, не высовываясь то и дело в блог, фейсбук, туалет, кофе-брейк, помыть посуду, покушать, напиться и забыться. Сложно сохранять интерес к своей теме. Сложно думать и выдавать хоть какие-то мысли. Сложно оформлять мысли в предложения и абзацы на чужом языке. Сложно не скатываться снова и снова в самобичевание, самопрезрение, когда чувствуешь себя последним тупицей и неспособным ни на что болваном. Сложно проводить КАЖДУЮ субботу и воскресенье в библиотеке, когда хочется... много чего хочется, да хоть бы дома наконец убраться, куст прополоть в огороде.

Но почему-то не брошу, не отсеку от себя этот вариант и попробую что-то другое новое, полегче и нервы целее. Правда, почему. Упрямая дура, или всё-таки вся эта никому кроме меня не нужная писанина дает мне то, чего не даёт работа администратора – чувство самоуважения, гордости и радости, когда (редко, но бывает) перечитываешь и поверить не можешь – да неужели я, неужели это я написала.

Несколько слов о моей смелой и талантливой ученице, про которую уже писала

Расспросила Рэйчел про её путешествие, что совсем уже скоро – в начале мая. Едет одна. Из Китая в Турцию на велосипеде, говорит, есть там какое-то шоссе, и что она не первая, и есть фотоблоги, один из которых её вдохновил. Вернётся в сентябре. Ночевать - в палатке. Ну нет, не одна конечно – с кем-нибудь познакомится, разве мало в дороге путешественников. В конце концов, не зря же она учит русский – разве люди не приветливее, когда пытаешься говорить с ними на их языке? Что думает по поводу всего этого мама? Завидует - была бы моложе, тоже бы вот так сорвалась.

У Рэйчел приятная внешность и черты лица приятные. Спокойные движения, открытая улыбка, голубые глаза, русые волосы, сильные руки, сильное тело. Она не красится и не делает маникюр. Она обычно одевается, и это не убавляет в ней интересности. На неё приятно смотреть, мне всегда были по душе такие как она девушки.

Не пойму, почему в первый раз решила, что Рэйчел за тридцать. Не замужем, детей нет. Теперь мне кажется, ей до тридцати, мне кажется, она мне ровесница. Хотя выглядит старше, серьёзнее, самостоятельнее. Когда с ней общаешься, это сразу чувствуешь, несмотря на сумасшедшую затею с путешествием.

Почему затея показалась мне сумасшедшей? Сразу, как только услышала, и спустя некоторое время тоже. Потому что раньше об этом не задумывалась? Потому что трус и никогда бы не осмелилась? Потому что речь идёт о моей стране во всей её реальности, а не экзотических Новой Зеландии, Африке, Латинской Америке?

Наверное не стоило, но я рассказала Рэйчел про “дураков и дороги”, про то, как водительские права не получают, а покупают, про нашу милицию, что нас бережет, и прочие прелести посткоммунистических стран третьего мира. Глупо было подумать, что Рэйчел испугается. Конечно, она не испугалась. Рассказала в ответ, что давно интересуется темой прав человека, чем в общем-то и привлекла её Россия (а вы думали бескрайними просторами и великой русской культурой?), что способность к языкам (тут я могу подтвердить) и интерес к другим национальностям у неё с детства, что училась в Ирландии, жила во Франции, что она фотограф, любит людей, а когда вырастет, станет журналистом.

И вот это мне кстати очень понравилось, я теперь тоже так решила думать и говорить – не кто я сейчас, но кем стану, когда вырасту.

Job related

Вот вроде бы ещё совсем недавно казалось немыслимым и невероятным работать здесь в Новой Зеландии НЕ гувернанткой в отеле или официанткой в кафе, но в офисе, университетском офисе. Казалось, ну кому я тут нужна со своим акцентом, нездешним видом, незнанием местных реалий, филологическим (каким, каким?) образованием неизвестного университета неизвестной страны. Не буду преувеличивать своих заслуг - работа досталась мне потому что я такая умная, талантливая, исключительная через постель. Я это называю разумным и дальновидным выбором партнёра J

Между тем, вот уже целый год как я белый воротничок и никаких больше гостиничных полов и кроватей - рабочий стол, рабочий компьютер, телефон, имя на двери кабинета, оплачиваемый отпуск, человеческая зарплата и я даже позволяю себе слегка поныть и посетовать на жизнь, будто худшей жизни и не видала никогда.

Плюсы и минусы работы администратора в университете Окленда

(первому юбилейному году посвящается):

Минусы:

1. Это не работа моей мечты. Вернее так - не то место и не та должность, где я желала бы себя видеть через 5 или 10 лет.
2. У меня нет стопроцентной удовлетворённости тем, как я выполняю эту работу. На меня не жалуются, меня даже умеренно хвалят, но я не чувствую, что выкладываюсь на 100 процентов. Почему? Очень хороший вопрос, который я продолжаю себе задавать.
3. На меня навеваeт тоску и скуку процентов 30 моей деятельности, ещё 10 злит и раздражает, ещё 5 я так и не научилась удовлетворительно выполнять.
4. К своему тихому ужасу сама про себя узнала, что совсем не любопытный работник. Если что-то не получается или получается не так, как хотелось бы, в редких случаях пытаюсь дознаться до истины и исправиться, чаще закрываю глаза и думаю о чём-то другом, о чём приятнее думать.
5. У меня хронически отсутствует какое-либо мнение и энтузиазм по ряду вопросов, к которым моя должность не позволяет относиться равнодушно. Например, по большому счёту мне абсолютно всё равно, что именно горячо мною любимый коллектив будет кушать на праздничный обед или какого цвета и качества привезут новые папки для всех, а ведь именно мне заказывать и еду, и папки.
6. В своих приоритетах я ставлю учёбу на первое место, а работу на второе.
7. Работать с мужем НЕ прикольно, особенно если тот работает дольше и лучше тебя. Представьте себе такую картину, заходит к нам в офис коллега с какой-нибудь гостьей: “А вот это Дмитрий, наш координатор, а это Мария, жена Дмитрия.” Правда-правда, так и представляют.  

Плюсы:

1. Мне не стыдно делать эту работу, как было стыдно убирать комнаты в отеле или таскать подносы на корабле.
2. Мне доверяют и дают свободу в самых разных отношениях, начиная с того, что всегда можно отпроситься на какую-нибудь лекцию часа на два или прийти в один день вместо другого, заканчивая тем, что никто не стоит надо мной, не капает на мозги, не читает натации и не проверяет как, что и когда я делаю.
3. Меня радуют люди с которыми я работаю и их отношение ко мне. Мне нравится за обедом обсуждать книги и фильмы с Венди, нравится расспрашивать японку о Японии, делиться последними новостями с француженкой или болтать за жизнь с испанским послом, заглянувшим к нам на чай.
4. Мне нравится ходить на лекции и семинары, которые мы то и дело (не без моей помощи) организовываем, нравятся совещания, когда приходят важные гости и что-нибудь интересное рассказывают про школу, языки и образование.
5. У меня пропал страх говорить и писать на английском, и именно благодаря работе, а не учёбе, потому что учусь я большую часть времени сама с собой наедине, а вот работаю с огромным количеством самых разных людей.
6. Равно как и учёба, работа учит меня ответственности, организовывать своё время и пространство, расставлять приоритеты, грамотно выражать мысли, адекватно оценивать себя и свои силы, не давать поблажек лени, бороться с комплексами и страхами. Другими словами, медленно и с переменным успехом, но делает меня лучше, чем я есть.
7. Работать с мужем прикольно, потому что он мне очень помогает и поддерживает и подаёт хороший пример, и закрывает глаза на очень многое, а спрашивать всё равно будут с него, а не с меня J

Рэйчел

А жизнь тем временем продолжает подкидывать мне дополнительный заработок интересных учеников. И снова прекрасная единица, и снова киви, на этот раз девушка – Рэйчел.

Рэйчел не знает, кто такие Гагарин и Пушкин, но знает Стравинского и Чайковского. Не сразу сообразила, почему Серёжа – мужское имя, если заканчивается на а, и отчего у нас с мужем фамилии “похожие, но заканчиваются по-разному”, зато поинтересовалась, не одно ли у меня имя с участницей Пусси Райот, и так ли на самом деле страшен Распутин как Путин, как в мультфильме про Анастасию.

А Стюард между тем на мой вежливый вопрос, что читаешь, очень обыденно ответил – "Доктор Живаго". Ну а что - настольная книга новозеландских программистов! А когда сказал, что читал "Каренину" и "Карамазовых", и "Даму с собачкой", и "Один день из жизни Ивана Денисовича", и не могла бы я ему ещё чего-нибудь интересного посоветовать, чуть не предложила заниматься дополнительно и бесплатно. Опасаюсь, как бы не спугнуть такой бриллиант излишними хвалами и восторгами.

Ко второму занятию Рэйчел вполне себе освоила алфавит и пишет так ловко и быстро – залюбуешься. А ещё она постоянно проводит параллели то с французским, на котором говорит свободно, то с арабским, что когда-то учила. Но самое конечно классное, это её милое любопытство и то, как искренне она радуется маленьким лингвистическо-культурным открытиям. Cпециально в течение недели всякие интересности касательно языка в голове отмечаю, чтобы ей потом невзначай выдать и удивиться и порадоваться на пару.

На занятия Рэйчел приезжает на велосипеде, в велосипедках, шлеме, с большим рюкзаком. В большом рюкзаке большая папка, в папке – один к одному все мои листочки и распечатки, домашнее задание, карандаши и маркеры. Рэйчел не Стюард, это он в самый первый раз явился без тетрадки и ручки, и ведь не придерёшься –  запоминает не записывая – я проверяла.

Рэйчел учительница английского и фотограф. На вид от тридцати до тридцати семи. Русским языком, культурой, историей никогда не интересовалась, пока вдруг не надумала отправиться в путешествие в Европу (внимание!) из Китая (внимание!) на велосипеде. Из трудностей: во-первых, не хватало денег, пришлось продать айпэд, так что карточки на запоминание русских слов пишет теперь от руки на бумажке. Во-вторых, Россия отказала в визе, решила ехать через Казахстан и Узбекистан – там тоже, как ей сообщили, по-русски говорят.